Скиталец

Строгие шеренги стальных птиц
На сегменты расчертили небо
У прохожих бездна вместо лиц,
А в груди кометы вместо нервов.

Город погружается во тьму,
Выносить не в силах козней света,
Крысы шепчут на ухо ему
То, что напечатают в газетах.

На краю я пропасти стою,
Жизнь моя длиною ровно в палец,
Всем простил, не должен никому,
Ну же, прыгай, гребанный скиталец!

Ангелы рыдают

Зачем волнуешься о том, что неминуемо придет
само к тебе и к каждому из нас?
И где бы ты не спрятался — везде оно найдет
тебя и поцелует уже в последний раз.

Весь мир исчезнет для тебя с его возней
пустой смешной и глупой навсегда,
И в тот момент ты перестанешь быть собой
и бездна поглотит ослабшего тебя.

И боги не придут в последний путь нас проводить
по сути им самим в беде бы кто б помог…
И в этом мире вечно ты бы смог бы жить,
Но все умрут, увы, умрет и даже Бог.

Умрет и даже Бог

Зачем волнуешься о том, что неминуемо придет
само к тебе и к каждому из нас?
И где бы ты не спрятался — везде оно найдет
тебя и поцелует уже в последний раз.

Весь мир исчезнет для тебя с его возней
пустой смешной и глупой навсегда,
И в тот момент ты перестанешь быть собой
и бездна поглотит ослабшего тебя.

И боги не придут в последний путь нас проводить
по сути им самим в беде бы кто б помог…
И в этом мире вечно ты бы смог бы жить,
Но все умрут, увы, умрет и даже Бог.

Уже все придумано

Уже все придумано, уже все написано,
Осталось лишь вcпомнить где лежит и найти,
Кто-то родился девочкой лысою,
А кто-то родился пупом Земли.

Так сладко винить в неудачах случайность!
Но если не Бог и не Дьявол, то кто?
Ты знаешь, успех ведь любит отчаянных,
А трусам не светит почти ничего.

Успех, считай, смысл всей твоей жизни
Пред ним меркнет свет небесных богов.
Но ждать от тебя смысла нет героизма,
Ведь ты, как не странно, потомок рабов.

Исцелить невозможно рабскую сущность
И это проклятье с тобой навсегда
И пусть ты имеешь иную наружность,
Но внутри ты составлен весь из дерьма.