Паслен

Долг перед родиной незрим и вероятен,
Когда идут стучать в набат о том, что враг
В своих поступках как стекло невнятен
И как дурак несет свой черный флаг.

И Зоратустра вдруг с небес вернулся,
Чтоб маловерам преподать двойной урок,
Паслен как шар неистово надулся
В тот миг, когда недуг свой превозмог.

Здесь больше нет контуженных мозгами,
Подай немного и получишь целый мир,
Не меркнет бисер у несчастных под ногами
И в каждом черепе лишь засранный сортир.

Страна, как ящер, подыхает тяжких в муках,
Червям смириться с утратой не дано,
Виновник выпущен на волю на поруки,
Чтобы испить несладкое вино.

Лик

Жизнь в однокомнатной квартире,
Как печаль средь радостных имен,
И, воскреснув утром из могилы,
На рудник работать мы идем.

Этот рай — нам дар из преисподней,
Здесь в цене лишь скорбь печаль и боль,
С болью в сердце мне идти спокойней,
И в печали я ищу покой.

Двадцать лет дадут за образ мысли,
Двадцать пять за вздох и сто за крик,
В этом строе я не вижу смысла,
В нем узрев старухи древней лик.

Этот день

Зарывая в землю душу,
Устремляясь на покой,
Спать и бездны шопот слушать,
Чтоб разлить потом водой.

Этот день тревожный очень
Шлет бездомных на убой,
Я воскресну этой ночью
Под угрюмый волчий вой.

На Восток идут составы,
В них дракону везут долг,
Все вокруг безумно рады — До краев заполнен морг.

Если ты в уме не овощь,
Значит, вражеский шпион,
Не придет никто на помощь,
Черти сварят с нас бульон.

С петель сорван черный ящик,
Голос уж совсем осип,
Наш язык, как змей, шипящий,
Да и царь наш странный тип.

Шелестит широкий берег,
По песку ступает смерть,
Замахнулось веслом время
Город в жажде в пыль стереть.

Моя жизнь

Монумент неумелых движений
Мной воздвигнут в потоке ночном,
Я не в силах терпеть возражений
В бесконечных играх со сном.

В белых водах плещутся рыбы,
Черных птиц поглощает асфальт,
Кто был первым, считай, уже выбыл,
Моя жизнь — лишь сто килобайт.

Надеяться и ждать

Душа и честь — Безликих месть,
Страна и долг,
Наивным — морг!

В ковчеге всем не хватит мест,
Рожденным здесь — нести свой крест!

И лишь надеяться и ждать,
Когда черт явит благодать.

Спазм

Спазм, как ночь, летит в объятия,
Лень слепа и дышит в след,
Смерть, укутанная в платье,
Гладит мертвых сотню лет.

Этот свет теряет память
Каждый раз когда бежит,
Мертвецы стоят у края
И земля вокруг дрожит.

И наградой будет лодка
Та, что в мир иной плывет,
День ступает по ней робко,
Ночь предвидя наперед.

Бамбук

Бамбук растет, не зная, где найдет, где потеряет,
И облик сновидений, как всегда теряет нить,
Лишь подреберья щель огнем больным пылает, — Тепла его свечей в себе не сохранить.

Я, будто белый лист, стою на остановке,
Печатая в эфире послания во тьму,
И, выучить пытаясь все хитрые уловки
Сомнительных воззрений к своему нутру.

И веки, будто шторы, стучатся под коленом,
И ребра частоколом тянутся наверх,
Взмахну хвостом на бесов, стоящих рядом в белом,
И обращу мерзавцев гневом своим в бег.

Забудется не скоро веселая прогулка,
Но память, как плутовка, свой подставит зад,
И вот летит пропеллер по темным закоулкам,
И что-то там себе бормочет невпопад.

Некрофагия

Сорок ножек ползают по стенам
И мокрицы скачут по ногам,
Черный призрак мечется по венам,
И плюет в лицо немым рабам.

Мы пойдем с тобой гулять на площадь
Перед окнами заблеванных домов,
Нам по совести, а им бы всем по-проще,
И под свист бетонных сапогов.

Некрофагия, как способ выпить время
Из кровавой чаши небытия,
Каждый взял по силам себе бремя,
Только ноша это не моя.

Только ноша эта от лукавых
Подлых тварей, что живут в гробу,
Плоть терзать для них забава,
Потому и чтят они войну.

Полость

Шаг в темноту, как попытка исчезнуть,
Одни невидимки у тебя на пути,
Прятать глаза уже бесполезно
И по тонкому краю тебе не пройти.

Вещие сны откроют все двери,
Но страх черной тенью висит на спине,
Все трусы боятся чего-то и верят
В того, кто спасти придет по воде.

Начало, как подвиг, как перерождение
И с каждым уступом все легче идти,
Еще пара метров и сойдет наваждение,
И ты оттолкнешься от черной земли.

Еще пара метров и закончится пропасть,
Хотя, впрочем, не важно, где и кто ты,
Внутри тебя скрыта бездонная полость,
И километры немой пустоты.

Шаг вперед и три назад

Шаг вперед и три назад,
Кто кричит, тот и нарушил,
Десять тысяч триста ватт,
Все равно никто не слушал.

Трусом быть, да лучше смерть!
Светлый путь рабам не ведом,
В целом гнили — одна треть — Был кто черным, станет белым.

Миру мир, прими наш крест!
Мы придем к тебе на помощь…
В этом городе невест
Каждый житель — это овощ.

Вздох и выдох, нет преград
Для простуженного сердца,
Среди вышек и оград
Приготовят тебе место.

Песней веет горизонт
Неожиданность, как данность,
Тащит веер в небе зонд,
А за ним ползет туманность.

Неизвестность, как удар,
Слева море, справа яма,
Ясный ум, как божий дар,
Что же ты такой упрямый?!..